?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Продолжаю делиться интересными текстами из прекрасного сборника статей «Психоанализ депрессий» (под редакцией проф. М. М. Решетникова — СПб: Восточно-Европейский Институт Психоанализа, 2005).

Сегодня это будет статья доктора медицины, профессора, психиатра, психолога, психоаналитика Саломона Резника «О нарциссической депрессии».

Введение
В этой статье развивается одна из тех тем, которые были исследованы мной при психоаналитической терапии психотических и пограничных пациентов, а также пациентов с нарциссическими нарушениями характера. Как известно, Фрейд называл психозы
«нарциссическими расстройствами». Нарциссической депрессией я называю состояние, при котором пациент переживает сильное чувство разочарования и утраты самого важного аспекта себя или своего патологического Эго-идеала, своего «иллюзорного мира».

Он чувствует, что он лишился своего идеализированного Эго (чрезвычайно ценного для него) или своей иллюзорной самости (Наполеон, Юлий Цезарь, Карл Великий, святой Франциск Ассизский…); того, что он мог ментально (или «соматически», то есть в своих соматических иллюзиях и галлюцинациях) создавать и выстраивать. Это психическое состояние переживается так же, как конкретное физическое событие. Тело может ощущать свое величие через телесные галлюцинации, а также депрессивные чувства дефляции Эго-идеала (то есть нереалистичного идеала Эго).
В этом случае депрессивный «плач» пациента может проявляться в чрезмерном потоотделении, «слезах», текущих через все поры тела, а также в суицидальных фантазиях или действиях (как результата невозможности жить без иллюзорных конструкций).

Иллюзорная реальность соперничает с реальностью обыденной. Она также может становиться своего рода иллюзорной гиперреальностью в сновидениях. Это соответствует гиперреализму и сюрреализму в области живописи и поэзии. По сути, в сновидениях
нормальные онейрические галлюцинации воспринимаются как жизнь в более чем реальном — гиперреальном — или более чем истинном мире.

В своей книге «Театр сновидений» (Резник, 1987), особенно в главе «Сновидения, галлюцинации и иллюзии», я предпринимаю попытку развить некоторые идеи, касающиеся, в частности, психотических сновидений. Итальянский психиатр Санте де Санктис говорил, что «сновидение может пролить свет на латентный материал иллюзий».
Пространство сновидения у психотика расширяется и разрастается в соответствии с центростремительной силой веры, пытаясь захватить власть над каждодневной жизнью. Вот почему хронические шизофренические пациенты живут в мире сновидений: сновидные фигуры и чувства заполняют всю вселенную. Гиперреа лизм в искусстве соответствует этим чувствам в терминах идеологической концепции реальности.

В 1905 году Фрейд в своей статье по инфантильной сексуальности писал об инфантильных эгоцентрических и эксгибиционистских аспектах и говорил о нарциссическом либидо или сексуализированных нарциссических целях. Трансформации пубертата, согласно Фрейду, являются актуализацией инфантильных сексуальных и несексуальных нарциссических аспектов. Пубертат — сложное время, поскольку тело подростка любого пола переживает
«реальные трансформации», и подростки не всегда способны эти трансформации понять и принять.

Как оставить игрушки и игры и стать взрослым? Где найти помощь, чтобы преодолеть этот непростой переходный период? В 1910 году в статье о Леонардо да Винчи Фрейд развил свои идеи о нарциссическом аспекте гения и воспоминаниях об онейрических «галлюцинациях» его детства.
В статье о случае Шребера в 1911 году он более глубоко исследовал патологические и экспансивные аспекты нарциссизма. Затем в 1914 году в знаменитой статье «Введение в нарциссизм» Фрейд указывает на то, что патологическая нарциссическая установка связана с распространенной тенденцией — стремлением к обладанию пространством и временем и контролю над ними.

Существует также патологическая потребность для избавления от онтологической небезопасности обладать всем, что является частью мира, и контролировать все, что было и что будет.
Эгоцентрическая самость считает себя центром вселенной и в бредовом воодушевлении может трансформировать внешнюю и внутреннюю реальность. В этом состоянии нарциссическая патологическая самость может трансформировать природу всего, что становится препятствием ее экспансивному «идеологическому» движению: бред представляет собой систему идей, более или менее организованную, а стало быть, идеологию или религию. Часто бредовые идеи используются во имя истины. Во французской психиатрии мы называем бред «убеждением»: это непоколебимая и неизменная вера во что-либо.

Иногда это похоже на армию, которая не соблюдает границ, на психическую «раковую опухоль» или на фрагментированное атомизированное агрессивное завоевание. У некоторых из моих пациентов идет «настоящая война» между различными, в равной
степени непоколебимыми, верованиями в ментальном пространстве: это внутренняя война, чрезвычайно мощная и саморазрушительная. Временами в процессе анализа происходит неизбежная борьба между психотическими и непсихотическими системами
верований.

Клиническая иллюстрация
Гарри, мой пациент, страдающий шизофренией, посещает терапевтическую группу с другими шизофреническими пациентами; он специалист в области физики элементарных частиц. Однако он  чувствует блокировки в своей работе; как он полагает, это происходит из-за аппарата для подсчета атомов, который он сам изобрел.
Эти блокировки сохранялись в течение долгого времени, поскольку ему казалось, что его сознание раздроблено на крошечные, как атомы, элементы, которые ускользают от его контроля. Это вызывает у него такое ощущение, как будто он находится везде и в то же время нигде: утопическая и атопическая вселенная… Кода я спросил его, о чем он думает, он ответил: «Никакого мышления».

Когда я спросил, что он делает на работе, он рассказал, что включает компьютер и пытается раскладывать пасьянс (компьютерная карточная игра). При его ментальном рассеивании был важен тот факт, что он мог загнать себя в «компьютерные рамки», возможно, для того, чтобы установить твердые границы. При таком контейнировании
(компьютер как контейнирующая воображаемая и механическая мать) он мог установить связь со своими механическими идеями; но чувств у него не было. Он чувствовал себя роботом или просто трубкой, подобно тому аппарату, который он изобрел. Но он пока не мог ассоциировать, «думать» в истинном смысле этого слова.
Тем не менее однажды он смог рассказать мне свое сновидение, в котором он видел лицо женщины, ассоциирующееся для него с материнским миром. Обычно он говорил, что он «до тошноты полон гнева на мать». Но его агрессивные и нежные чувства были заморожены. В сновидении он был маляром и пытался закрасить лицо этой женщины красной краской. Однако это ему не удавалось, и лицо не менялось. Это было ужасной фрустрацией его всемогущества. В этот момент другой шизофренический пациент из терапевтической группы сказал: «Это похороны коммунистической доктрины, неспособность изменить мир, помыслить его в красном».

Похоже, эта реплика была хорошей интерпретацией, поскольку она позволяла сновидцу увидеть дефляцию своей способности перекрашивать кистью своего мышления лицо мира. Красный цвет, конечно, ассоциируется также с агрессией и кровью. У него была коагуляция чувств в связи со старой нарциссической раной, которая сохранялась уже очень давно; последние четыре года он ни с кем не мог разговаривать. Коагуляция почти всей его психики, которая по каким-то причинам была раненой, не позволяла ему самовыражаться. Это усугублялось тем, что самовыражение и кровотечение приравнивались.

Сейчас пациенту 45 лет; он был женат (но расстался с женой), и у него две дочери; когда жена оставила его, он стал все больше замыкаться в себе. Похоже, в его психике сохранилась инфантильная рана, связанная с рождением младшей сестры; он снова был травмирован, когда жена бросила его. Недавно у него было другое сновидение. Он во сне бродил по Парижу и искал здание, в которое он смог бы войти, чтобы помочиться в углу. Терапевтическая группа решила, что он пытается найти себе место, локус, в котором он мог бы существовать и снова выражать себя (мочой пометив территорию, как это делают, например, собаки).

Гарри всегда посещал групповые сессии, но поскольку он был «замкнут в трубе» (его атомная труба) с двумя отверстиями, сквозь которые он мог следить за тем, что происходит вокруг него, для рта у него не было отведено места или хотя бы отверстия для коммуникации. Это напоминает мне знаменитый роман Амели Нотомб «Метафизика труб», где она рассказывает о том, что в детстве была очень аутичным ребенком. Она могла есть, пить и испражняться из нижних отверстий своей «трубы», но ничего не выражала, пока не научилась писа_ть2 (и стала писателем); другими словами, она говорит руками (она не использует клавиатуру, когда пишет свои романы). Возможно, Гарри хотел выразить себя мочеиспусканием через трубку-пенис, поскольку он еще не мог использовать свой голос или руки для письма.

В процессе анализа он смог написать статью о своей «атомной трубе», которая начала работать гораздо более эффективно. Его коллеги обнаружили, что он снова может выражать себя. Однако нарциссическая психотическая идеология навязывания другим людям своих бредовых идей и неприятие принципа реальности проявилась в другом сновидении. В нем он видел семью, собравшуюся за обеденным столом. Женщина, в которой он узнал свою бывшую жену, попросила его передать сахар. Она сказала: «Ты ошибся, это соль». Гарри чувствовал разочарование и некоторую депрессивность — он страдал нарциссической депрессией: вещи были не того цвета, формы и природы, как ему хотелось бы, они были сами по себе… Он боролся с принципом реальности при помощи своего принципа иллюзорной реальности. Сможет ли он перенести нарциссическую рану принятия окружающей реальности, вместо того чтобы пытаться навязать миру собственную систему ценностей, смыслов и категорий?

Сегодня чрезвычайно обсессивный пограничный пациент сказал мне: «Я не знаю, что с Вами делать. Я не могу отнести Вас ни к одной из своих категорий». Я ответил: «Возможно, это просто я — человек, а не вещь-объект, принадлежащий к экспансивной системе классификации, в которой Вы считаете себя королем или Богом». Затем он рассказал, что был очень разочарован, когда пошел проведать своих друзей и их собаку (он несколько месяцев присматривал за этой собакой и хотел изменить форму и цвет ее ошейника). Но хозяева сняли с собаки новый ошейник и вновь надели старый. Мой пациент переживал сильное разочарование и депрессию: это была нарциссическая депрессия (собака ему не принадлежала и не оставалась такой, как ему хотелось бы). Это
напоминает мне Гарри, который не смог перекрасить лицо «матери-мира» по своему желанию: навязать свои верования и формы мышления всей вселенной.

Возвращаясь к сновидению Гарри: он не мог превратить сахар в соль, стало быть, он не был великим демиургом-алхимиком, превращающим один вид материи в другой. Его иллюзорная способность больше не могла хорошо функционировать, как его атомная труба не могла сосчитать все атомы и частицы его сознания, странствующего по всему миру. Гарри был разочарован оттого, что мир не таков, как ему хотелось бы. Он хотел бы быть таким, как Шалтай-Болтай из «Алисы в стране чудес» Льюиса Кэрролла, заявляющий, что слова означают то, что он пожелает. Шалтай-Болтай «выглядел, как яйцо»; он сидел, «скрестив по-турецки ноги, на высокой стене». Он сказал: «Король мне обещал послать всю свою конницу и всю свою рать». Алиса перебила его (не слишком мудро!), и Шалтай-Болтай рассердился. Успокоившись, он сказал: «Вся королевская конница и вся королевская рать». Он утверждал, что владеет всем пространством вокруг него и вокруг Алисы. Позже в разговоре, когда было упомянуто слово «слава», Шалтай-Болтай сказал, что слова означают то, что он захочет: «Вопрос в том, кому это решать, вот и все».

Позже он говорит о «непробиваемости» — подразумевая, что он не просто яйцо, а непробиваемая стена. Отношение Шалтая-Болтая к стене и его всемогущая лингвистиче ская позиция наименования предметов, объектов и людей по своему желанию напоминает мне о Гарри, который хотел менять природу вещей, их цвет, их вид…
Поскольку Шалтай-Болтай представляет собой типично аутичный характер, мы можем подумать об аутичном компоненте психотических и шизофренических пациентов вообще. Шалтай-Болтай становится непробиваемой стеной, а Гарри — металлической трубой с железными принципами…

Позже Гарри стал говорить о башне, в которую он заточен и в которой он прячется. Металлическая труба превратилась в башню из камня (изменился материал). Когда я
спросил его, всегда ли он остается в башне, он ответил, что в данный момент в башне никого нет. Он добавил: «Там только труп».
В этот момент Самуэль, другой шизофренический пациент, сказал: «Когда-то я тоже был трупом, убитым каролингским солдатом. А сейчас я в некотором замешательстве: мир вокруг меня стал как бы более ясным и одновременно более странным. Люди кажутся мне экстравагантными». Я сказал Самуэлю, что он возвращается к жизни, как Гарри время от времени — просыпаясь от средневекового сна. Отказаться от доспехов, выйти из башни — травматическое переживание, это значит родиться в новом и странном мире; необходим болезненный процесс оплакивания утраты средневековой власти и идентификации со значимыми мифическими фигурами.
Родиться вновь («излечиться») значит стать обычным человеком, как всякий другой, возможно, начать все сначала: быть «в своем уме» совсем не просто.

(продолжение)

Profile

Наталия_Холина
natakholina
Наталия Холина
Мой сайт

Latest Month

December 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Powered by LiveJournal.com